?

Log in

No account? Create an account
  Journal   Friends   Calendar   User Info   Memories
 

"Не прилагай много усилий, все самое лучшее случается неожиданно"

25th April, 2018. 7:52 pm.

"Все пожрала тьма, напугавшая все живое в Ершалаиме и его окрестностях"
прямо сейчасWP_20180425_19_45_55_Pro

Make Notes

25th April, 2018. 2:33 pm.

Загадка:
X + O = Y
X - ? (верхняя подсказка)
Y - ? (нижняя подсказка)

3
4

Make Notes

14th April, 2018. 6:50 pm.

30716696_1712203635493423_6332799935011880960_n
30725986_1712203662160087_4499154323334234112_n

Make Notes

13th April, 2018. 9:02 pm.

19225654_1418833271497129_4617920460062151365_n
19148949_1418833334830456_1313515692956784639_n
19149169_1418833584830431_2199230892734419835_n
19149444_1418833118163811_6166457913841549142_n

Make Notes

13th April, 2018. 4:26 pm.

29597604_1695325580514562_6902283814812702887_n

Read 1 Note -Make Notes

4th January, 2016. 12:08 am. книги за 2015 год

5 - очень понравилось

Мэтью Томас Мы над собой не властны
Рой Якобсен Чудо-ребенок
Мишель Фейбер Книга странных новых вещей
Патриция Хайсмит Цена соли
Меир Шалев Вышли из леса две медведицы
Александр Снегирев Вера
Кристоф Оно-ди-Био Бездна
Меир Шалев В доме своем в пустыне
Пол Боулз Под покровом небес
Дидье ван Ковелер Путь в один конец
Дидье ван Ковелер Запредельная жизнь
Маркус Зузак Братья Волф
Пол Скотт Остаться до конца
Ларс Соби Кристенсен Полубрат
Гвейн Гамильтон Моя жизнь с русскими
Энтони Дорр Весь невидимый нам свет
Кормак Маккарти Кони, кони…
Марк Шагал Моя жизнь
Сол Беллоу Герцог
Дейв Эггерс Сфера
Эдвард Морган Форстер Говардс-Энд
аудио:
Алан Берджесс Ингрид Бергман Моя жизнь
Амос Оз Познать женщину
Артур Шницлер Тереза
Джон Максвелл Кутзее Осень в Петербурге
Михал Вивег Роман для женщин
Антуан де Сент-Экзюпери Планета людей. Военный летчик
Эрих Мария Ремарк Жизнь взаймы
Василий Аксенов Таинственная страсть. Роман о шестидесятниках
Ирвинг Стоун Муки и радости
Соломон Волков История культуры Санкт-Петербурга
Александр Кабаков Все поправимо: хроники частной жизни
Иван Гончаров Обрыв
Эрих Мария Ремарк Тени в раю

4 - понравилось

Джон Максвелл Кутзее Детство Иисуса
Бернхард Шлинк Женщина на лестнице
Элис Манро Слишком много счастья
Жауме Кабре Я исповедуюсь
Эдвард Морган Форстер Комната с видом на Арно
Алан Александр Слишком поздно
Джуно Диас Короткая фантастическая жизнь Оскара Вау
Ричард Мейсон Тонущие
аудио:
Милан Кундера Жизнь не здесь
Леон Юрис Исход
Борис Акунин Планета Вода
Ирвин Шоу Вечер в Византии
Скотт Фицджеральд Ночь нежна

3 - не очень понравилось

Колум Маккэнн ТрансАтлантика
Адриана Триджиани Жена башмачника
Белинда Бауэр Черные Земли
Герман Кох Спаси нас, Мария Монтанелли
Альберто Васкес-Фигероа Гароэ
Ричард Форд Спортивный журналист
аудио:
Борис Акунин Другой Путь

за 2014 год http://m--o--n--o.livejournal.com/179618.html

Read 12 Notes -Make Notes

16th June, 2015. 5:46 pm.

наша дача, 11-й год
http://za-gogu-lina.livejournal.com/281725.html

Read 14 Notes -Make Notes

18th May, 2015. 7:32 pm. Ветреница лютичная


такой лес сейчас в моих пенатах

Read 4 Notes -Make Notes

14th May, 2015. 11:49 am.

О течении времени, которое с каждым годом осознаешь все острее.

Вот сейчас допишу — и пойду яблоки собирать.
В общей сложности шесть лет уже мы на этой даче живем. Ну, в смысле, шесть летних сезонов. В сороковых годах основатель одного замечательного академического семейства перевез из Тверской губернии сруб-пятистенок сюда, под Пушкино. Потом, как водится, дом оброс верандами, крылечками, водосточными желобами. Обшили тесом чердак, получилась мансарда. Покрыли шифером. Раз-другой красили — в зеленый, как все еще можно догадаться, цвет: краска дала теперь глубокие, мощные кракелюры, и остатки ее живописной чешуею покрывают ту стену, которую две вот эти старые яблони прикрывали от дождей. Так и стоит дом — шестьдесят лет только дачей работает. А сколько уж там прежде прожил деревенской избой — бог знает.
Один наш городской гость раз щелкнул ногтем по бревенчатой стене на веранде: вот интересно, как они до такой гладкости дерево раньше полировали и чем таким потом покрывали, что тон выходил этот дивный, — лак у них там был какой-то хитрый, что ли, или, может, морилка особенная… Скажешь тоже, чушь какая. Какая еще морилка, при чем тут? Это ж ладонями отполировано. День за днем, год за годом.
Помаленьку, незаметно, невзначай. Нежно люди выгладили, понимаешь? Руками. Очень, видать, люди любили свой дом.
Академическое семейство сильно разрослось и на старой родительской даче давно не умещается. Дети выросли. Да чего там: собственно, уже и внуки своими “имениями” обзавелись. Ну, может, в год раз заедут на здешние старые бревна полюбоваться.
Вот, шесть лет назад пустили сюда первый раз на лето нас. Дескать, приезжайте, живите, не жалко. Воду только поправьте — скважина есть, но совсем заросла. И электричество тоже: как дом тут поставили — так проводку и не меняли.
Ну, я поправил. И проводку заодно. Живем.
Было восемь яблонь. Три антоновки, остальные по-разному: грушовка, бельфлер, штрифель, кажется. Это, что ли, — штрифель? Вроде он. Прошлой зимою — не нынешней, а вот прошлой, помните, холодная была, — две замерзли. Одна антоновская и еще другая. Простояли потом так все лето, скелетами. Я пилить не хотел: все казалось, вот-вот живую ветку дадут. Нет. В этом году спилил, и все лето над углями от чудесных этих яблоневых дров рыбу и мясо жарил: лучше таких дров и нет.
Остались с шестью живыми. Но сколько же они уродили в этом году! В заросший угол участка пойдешь за дровами — они там под навесом у нас — и нагибаешься низко как раз под ветвями тех двух антоновок, что уцелели, ступаешь прямо по ковру из падалицы, а сколько еще кругом — и там наверху.
“Гренни Смит”, конечно, очень красивые яблоки. И “фу-джи” — отличные, особенно зимой, когда у всего, что нам продают, под кожей вата одна остается, а эти хрустят как ни в чем не бывало и соком брызгают прямо в нос. Но ведь ни “гренни”, ни “гольден”, ни “фуджи”, ни “пинк-леди”, ни тем более “старкен”, ни что другое из супермаркетовского румяного и эффектного ассортимента не сваришь как следует. Повидла же настоящего — вот этого вот, прозрачного, — они не дадут. Ежегодного моего повидла, которым мы конец дачного сезона отмечаем. Вот такого, которое сегодня получится у меня из живых яблок. Кривеньких, чуть надбитых по бочкам, иногда и с дырочкой “для червячка”. Даже лучше, если с червячком: такие сильнее пахнут.
Яблоки надо будет нарезать четвертинами, удалить сердцевинки, а шкурку не снимать ни в коем случае. Потом настрогать мельче — плоскими полусантиметровыми дольками, а потом, может быть, даже еще пополам. Сложить в большую эмалированную кастрюлю и засыпать сахарным песком. Скажем, на килограмм уже чищенных и нарезанных яблок — стакан сахару. Впрочем, это только если у вас антоновка, а если яблоки сладкие — что-нибудь вроде грушовки, — возьмем сахару на треть меньше.
Густо попудрить свежемолотой корицей, да еще хорошо бы два-три цельных рулончика коричных там и тут закопать в яблоки. Можно еще положить пару-тройку гвоздичин, можно кардамоновых зерен полдюжины раздавить между двумя ложками, а можно даже чуть-чуть потереть сверху мускатного ореха.
Но лучше бы поступить иначе. На большую кастрюлю яблок взять один свежий, тонкокожий лимон и один лайм покрупнее. Тонкими лентами срезать с них цедру, нарезать длинными нитками миллиметровой ширины и вмешать в яблоки — вместе с соком от этих же цитрусов. Косточки не полениться из сока выбрать, а то они потом горчат.
Только вот малодушничать не надо: тут требуется решительный выбор — или то, или другое. Либо специи, либо цедра с лимонным соком. Компромиссы между двумя подходами тут неуместны. Лучше уж разделить яблоки на две отдельных порции и сварить порознь — потом станет понятно, что больше по душе.
Вот в таком виде — засахаренном и сдобренном — оставить яблоки часов на десять как минимум, а в идеале на целые сутки в прохладном месте: если миска такая огромная, что в холодильник не лезет, — ничего страшного, главное, чтоб не на солнце стояло, а просто в прохладном месте где-нибудь. Пока яблоки будут настаиваться и пускать сок, надо бы перемешать их раза три-четыре осторожно, деревянной ложкой, стараясь сильно не давить, не крошить, не мять.
Потом перевалить все, вместе с соком, в огромную толстодонную сковороду или, если кому уж до такой степени повезло с наследством, в старый медный таз для варенья. Довести до кипения и дать провариться совсем недолго — минут пятнадцать. Все это время очень осторожно — опять-таки стараясь не раздавить яблоки в кашу — перемешивать, а лучше даже перетряхивать, мотая туда-сюда сковороду, чтобы лишний раз к яблокам с ложкой не лезть. Пену снимать не придется, потому что ее и не будет почти.
Наконец, когда яблоки немного уварятся и сделаются прозрачными, а сок загустеет, переложить все в стеклянную салатницу и поставить так, чтобы, пока остывает, удобно было смотреть, как свет проходит янтарно-медовую толщу насквозь.
Смотрите, смотрите теперь: яблочное повидло — это не то, что колбаской вылезало из купленного у входа в метро семикопеечного пирожка, если надкусить его неосторожно. Не помните? Ну, спросите у родителей. Вообще — позвоните родителям. Хоть для того, чтобы про тот пирожок объяснили. И заодно похвастаетесь, что сварили яблочное повидло настоящее. Вот такое, которое толсто накладывается еще теплым на свежий хлеб с маслом. Или на бублик, да. Такое, которым можно жизнь свою мерить: еще один год — еще один урожай яблок.
Еще одна полная миска закатного солнца, которую вам удалось набрать.
НАСТОЯЩЕЕ ЯБЛОЧНОЕ ПОВИДЛО
(получится большая стеклянная миска)
6 кг яблок (когда порежете и почистите, останется 5)
4–5 стаканов сахару
На выбор:
— либо 1 лимон и 1 лайм;
— либо корица, гвоздика, кардамон, мускатный орех

Make Notes

21st April, 2015. 12:48 pm. Baby echidnas

Baby echidnas
красота ― страшная сила!

Read 8 Notes -Make Notes

Back A Page